Ладожская-Гапеенко Екатерина Евгеньевна – врач анестезиолог-реаниматолог отделения анестезиологии и реанимации № 2, младший научный сотрудник Научно-клинического центра анестезиологии и реаниматологии
197022, Санкт-Петербург, ул. Льва Толстого, д. 6-8
Ladozhskaya-Gapeenko Ekaterina E. – anesthesiologist of Anesthesiology and Intensive Care Unit № 2, Junior Researcher of the Scientific and Clinical Center of Anesthesiology and Intensive Care
6-8, L’va Tolstogo street, Saint Petersburg, 197022
Храпов Кирилл Николаевич – д-р мед. наук, профессор кафедры анестезиологии и реаниматологии, главный научный сотрудник Научно-клинического центра анестезиологии и реаниматологии
197022, Санкт-Петербург, ул. Льва Толстого, д. 6-8
Khrapov Kirill N. – Doctor of Medical Sciences, Professor of Anesthesiology and Intensive Care Department, Chief Researcher of Anesthesiology Department of Research Clinical Center of Anesthesiology and Intensive Care
6-8, L’va Tolstogo street, Saint Petersburg, 197022
Петрищев Николай Николаевич – д-р мед. наук, профессор кафедры патофизиологии с курсом клинической патофизиологии, руководитель центра лазерной медицины Научно-образовательного института биомедицины
197022, Санкт-Петербург, ул. Льва Толстого, д. 6-8
Petrishchev Nikolay N. – Doctor of Medical Sciences, Professor of the Department pathophysiology with a course of clinical pathophysiology, Head of the Center for Laser Medicine of Scientific and Educational Institute of Biomedicine
6-8, L’va Tolstogo street, Saint Petersburg, 197022
Полушин Юрий Сергеевич – д-р мед. наук, профессор, академик РАН , заведующий кафедрой анестезиологии и реаниматологии, руководитель научно-клинического центра анестезиологии и реаниматологии
197022, Санкт-Петербург, ул. Льва Толстого, д. 6-8
Polushin Yury S. – Academician of RAS, Professor, Head of Anesthesiology and Intensive Care Department, Head of Research Clinical Center of Anesthesiology and Intensive Care
6-8, L’va Tolstogo street, Saint Petersburg, 197022
Шлык Ирина Владимировна – д-р мед. наук, профессор кафедры анестезиологии и реаниматологии, зам. руководителя Научно-клинического центра анестезиологии и реаниматологии, зам. главного врача университетской клиники по анестезиологии и реаниматологии
197022, Санкт-Петербург, ул. Льва Толстого, д. 6-8
Shlyk Irina V. – Doctor of Medical Sciences, Professor of Anesthesiology and Intensive Care Department, Deputy Head of Research Clinical Center of Anesthesiology and Intensive Care, Deputy Head Physician of University Clinic in Anesthesiology and Intensive Care
6-8, L’va Tolstogo street, Saint Petersburg, 197022
Считается, что дисфункция микроциркуляции при сепсисе возникает главным образом в результате повреждения эндотелия инфекционными агентами и провоспалительными цитокинами. Вероятно, механизмы нарушения микроциркуляции при тяжелом течении COVID-19 и сепсисе могут быть схожими. Однако исследований, при которых изучали нарушения микроциркуляции у пациентов с COVID-19, в настоящее время не так много, и их результаты порой противоречивы. Цель – оценить состояние микроциркуляции у больных с тяжелым течением COVID-19 и развитием бактериального сепсиса c помощью микроскопии ногтевого ложа и лазерной допплеровской флоуметрии. Материалы и методы. В отделении реанимации обследованы 16 пациентов с COVID-19, у которых впоследствии диагностирован бактериальный сепсис. Пациентам выполняли витальную капилляроскопию и окклюзионную пробу с использованием лазерной допплеровской флоуметрии. Оценивали среднюю скорость капиллярного кровотока, размер периваскулярной зоны, плотность капилляров, наличие внутрисосудистых агрегатов, прирост амплитуды максимального постокклюзионного кровотока и среднего значения постокклюзионного кровотока относительно исходного. Дополнительно оценивали сывороточную концентрацию проадреномедуллина. Исследования выполняли в день поступления и в динамике. Результаты. При капилляроскопии у пациентов были выявлены нарушения микроциркуляции в виде снижения линейной скорости капиллярного кровотока (<400 мкм/с), увеличения размера периваскулярной зоны (>100 мкм), циркуляции микроагрегатов, при окклюзионной пробе определялось отсутствие постокклюзионной гиперемии. Присоединение бактериальной инфекции приводило к еще бóльшему усугублению нарушений микроциркуляции: увеличению периваскулярной зоны, прогрессию внутрисосудистой агрегации с исходом в микротромбоз с уменьшением плотности капиллярной сети (по данным капилляроскопии), а также резкому снижению амплитуды максимального прироста кровотока постокклюзионного кровотока при окклюзионной пробе. Также выявлена тенденция к отрицательной корреляции между уровнем сывороточного проадреномедуллина и максимального прироста кровотока при окклюзионной пробе. Заключение. Присоединение бактериальной инфекции у больных с COVID-19 приводит к значительному усугублению нарушений микроциркуляции с развитием явлений дефицита перфузии и интерстициального отека. Повышенная концентрация проадреномедуллина в плазме крови подтверждает концепцию о значении эндотелиальной дисфункции в патогенезе тяжелого течения COVID-19 и бактериального сепсиса.
It is believed that microcirculation dysfunction in sepsis primarily caused by damage of the endothelium by infectious agents and pro-inflammatory cytokines. Mechanisms of impaired microcirculation in the severe course of COVID-19 and sepsis likely to be similar. However, there are few reports studied microcirculation disorders in patients with COVID-19, and their results are sometimes contradictory. Objective. To assess the microcirculation of patients with severe Covid-19 and the development of bacterial sepsis using nail bed microscopy and laser Doppler flowmetry. Materials and methods. 16 intensive care unit COVID-19 patients subsequently diagnosed with bacterial sepsis were examined. Patients underwent vital capillaroscopy and an occlusive test using laser Doppler flowmetry. The average rate of capillary blood flow, the size of the perivascular zone, the density of capillaries, the presence of intravascular aggregates, the increase in the amplitude of the maximum post-occlusive blood flow and the average value of postocclusive blood flow relative to the initial one were valuated. Additionally, the level of serum proadrenomedullin was evaluated. Studies were performed on the day of admission and in dynamics. Results. By the capillaroscopy analysis, microcirculation disorders were detected in the form of a decrease in the linear speed of capillary blood flow (<400 μm/s), an extention of the perivascular zone (>100 μm), the circulation of microaggregates; the absence of postocclusive hyperemia was determined by an occlusive test. Secondary bacterial infection led to an even greater aggravation of microcirculation disorders: an increase of the perivascular zone, the progression of intravascular aggregation resulting in microthrombosis with a decrease of the density of the capillary network (according to capillaroscopy), as well as a sharp decrease of amplitude maximal increment of blood flow of post-осclusive circulation at the time of an occlusive sample. We also revealed a trend of negative correlation between the level of serum proadrenomedullin and the maximum increase in blood flow during the occlusive test. Conclusion. The secondary bacterial infection in patients with COVID-19 leads to a significant aggravation of microcirculation disorders with the development of perfusion deficiency and interstitial edema. The increased plasma proadrenomedullin level supports the concept of the significant role of endothelial dysfunction in the pathogenesis of severe COVID-10 and bacterial sepsis.
The authors declare that there are no conflicts of interest present.