Процак Егор Сергеевич – лаборант-исследователь
197022, Санкт-Петербург, ул. Льва Толстого, д. 6-8197341, Санкт-Петербург, ул. Аккуратова, д. 2
Protsak Egor S. – laboratory assistant
6-8, L’va Tolstogo str., Saint Petersburg, 1970222, Akkuratova str., Saint Petersburg, 197341
Галагудза Михаил Михайлович – д-р мед. наук, профессор, член-корреспондент РАН, директор ИЭМ
197022, Санкт-Петербург, ул. Льва Толстого, д. 6-8197341, Санкт-Петербург, ул. Аккуратова, д. 2
Galagoudza Michael M. – holder of an Advanced Doctorate in medicine, prof., Director
6-8, L’va Tolstogo str., Saint Petersburg, 1970222, Akkuratova str., Saint Petersburg, 197341
Борщев Юрий Юрьевич – канд. биол. наук, ведущий научный сотрудник, зав. лабораторией токсикологии
197341, Санкт-Петербург, ул. Аккуратова, д. 2
Borshchev Yuri Yu. – Ph.D. of Biological Sciences, Head of the Department of toxicology
Минасян Саркис Минасович – канд. мед. наук, старший научный сотрудник
197022, Санкт-Петербург, ул. Льва Толстого, д. 6-8197341, Санкт-Петербург, ул. Аккуратова, д. 2
Minasian Sarkis M. – Ph.D. of Medical Sciences, Senior Research Office
6-8, L’va Tolstogo str., Saint Petersburg, 1970222, Akkuratova str., Saint Petersburg, 197341
Усков Ивани Сергеевич – младший научный сотрудник
197341, Санкт-Петербург, ул. Аккуратова, д. 2
Uskov Ivan S. – Research Assistant
2, Akkuratova str., Saint Petersburg, 197341
Дружининский Дмитрий Алексеевич – студент
197022, Санкт-Петербург, ул. Льва Толстого, д. 6-8
Druzhininsky Dmitry A. – student
6-8, L’va Tolstogo str., Saint Petersburg, 197022
Полещенко Яна Игоревна – ординатор
197022, Санкт-Петербург, ул. Льва Толстого, д. 6-8
Poleschenko Yana I. – resident physician
6-8, L’va Tolstogo str., Saint Petersburg, 197022
Недостаток донорских сердец для проведения трансплантации пациентам с терминальной хронической сердечной недостаточностью заставляет искать новые пути увеличения пула доноров. Одним из возможных вариантов расширения донорской базы может быть использование асистолических доноров, а именно – пациентов, у которых произошла остановка сердца в лечебном учреждении или остановка сердца у донора после констатации смерти головного мозга. Цель исследования – изучить морфофункциональное состояние сердца после различных периодов нормотермической асистолии в эксперименте на крысах. Материалы и методы. Эксперименты проводились на самках крыс Wistar. После цервикальной дислокации и регистрации остановки дыхания температура тела крысы поддерживалась на уровне 36,5±0,5 ºС в течение 10, 15 или 20 мин, в зависимости от экспериментальной группы, после чего сердце подключалось к аппарату Лангендорфа для проведения перфузии в течение 90 мин. В ходе перфузии сердца каждые 15 мин регистрировалось пульсовое давление внутри левого желудочка (ПДЛЖ) и объемная скорость коронарной перфузии. После окончания эксперимента подсчитывался объем некроза. Результаты. В группе с 20-минутной ишемией восстановления сокращений желудочков не происходило, объем некроза – 34,9±11,7 %. В группе 15-минутной ишемии объем некроза – 19,5±7,6 %. В группе с 10-минутной нормотермической ишемией объем некроза – 13,1±5,1 %. Заключение. Нормотермическая ишемия in situ продолжительностью 15 мин вызывает необратимые повреждения в сердце, что не позволяет рассматривать его как потенциальное донорское сердце, однако данный объем повреждений миокарда и микроциркуляторного русла в совокупности с восстановлением сократительной активности сердца делают эту группу основной для продолжения подобных экспериментов с использованием различных методов рекондиционирования сердца.
The lack of donor hearts for transplantation in patients with end-stage chronic heart failure makes us look for new ways to increase the pool of donors. One of the possible ways to increase the donor base may be the use of asystolic donors, i. e. patients with in-hospital cardiac arrest or patients with cardiac arrest after brain death. The aim of the study was to examine the morphofunctional state of the heart after various periods of normothermic asystole in an experiment on rats. Materials and methods. Experiments were performed on female Wistar rats. After cervical dislocation and registration of respiratory arrest, the body temperature of the rat was maintained above at 36.5±0.5 °C for 10, 15 and 20 minutes, depending on the group. After asystole period, the heart was connected to the Langendorff apparatus to provide perfusion for 90 minutes. During perfusion of the heart, the pulse pressure inside the left ventricle (LVPP) and the volumetric flow rate of coronary perfusion (CP) were recorded every 15 minutes. After the end of the experiment, the volume of necrosis was calculated. Results. In the group with 20-minute ischemia, there was no recovery of ventricular contractions, the volume of necrosis was 34,9±11,7 %. In the group with 15-minute ischemia, the volume of necrosis was 19,5±7,6 %. In the group with 10-minute normothermic ischemia, the volume of necrosis was 13,1±5,1 %. Conclusions. 15 minutes of normothermic cardiac arrest in situ causes irreversible damage to the heart of the animal, which does not allow us to consider it as a potential donor heart. However, this volume of damage to the myocardium and microvasculature, together with the restoration of the contractile activity of the heart, makes this group the main one for the continuation of such experiments using various methods of heart reconditioning.
The authors declare that there are no conflicts of interest present.